Черкасова, Екатерина Ивановна
Екатерина Ивановна Черкасова | |
---|---|
нем. Hedwig Elisabeth von Biron | |
Портрет 1781 года работы Иосифа Дарбеса. Государственная Третьяковская галерея | |
Имя при рождении | Гедвига Елизавета Бирон |
Дата рождения | 23 июня (4 июля) 1727 |
Место рождения | Митава |
Дата смерти | 31 марта (11 апреля) 1797 (69 лет) |
Место смерти | Митава |
Подданство |
|
Род деятельности | гофмейстерина императрицы Елизаветы Петровны |
Отец | Эрнст Иоганн Бирон |
Мать | Бенигна Готтлиб фон Тротта-Трейден |
Супруг | Александр Иванович Черкасов |
Дети | Елизавета, Пётр |
Принцесса Гедви́га Елизаве́та Курляндская, в замужестве баронесса Екатери́на Ива́новна Черка́сова (23 июня (4 июля) 1727 — 31 марта (11 апреля) 1797) — дочь Э. И. Бирона, гофмейстерина императрицы Елизаветы Петровны, надзирательница за её фрейлинами.
Биография
[править | править код]От брака Эрнста Иоганна Бирона, впоследствии герцога Курляндского, с девицею Бенигной Готлиб фон Тротта-Трейден, 23 июня 1727 года в городе Митаве родилась Гедвига Елизавета. По словам современников, она была некрасива, дурно сложена, горбата. Получила для своего времени блестящее образование под руководством выписанных с этою целью из-за границы учителей и под наблюдением императрицы Анны Ивановны и своей матери. В 1737 году Бирон был сделан герцогом Курляндским; следствием этого для Гедвиги Елизаветы был титул «принцессы» и свой особый придворный штат, состоявший из нескольких фрейлин, пажей и камер-юнгфер.
3 июня 1739 года в день свадьбы племянницы императрицы, принцессы Мекленбургской Анны Леопольдовны с принцем Антоном Ульрихом Брауншвейгским, Гедвига Елизавета начала свою придворную жизнь. В этот день она впервые присутствовала на официальном обеде во дворце и впервые управляла танцами в маскараде, устроенном вечером в большом дворцовом зале. С этих пор Гедвига Елизавета постоянно являлась на всех придворных торжествах. Желая угодить всемогущему Бирону, вельможи оказывали самое раболепное внимание его горбатой и некрасивой дочери. Анна Ивановна жаловала ей награды без всяких заслуг с её стороны. Так, когда в феврале 1740 года праздновалось заключение Белградского мира, Гедвига Елизавета, не имевшая к этому событию ни малейшего отношения, получила портрет императрицы, осыпанный бриллиантами. В это же время пронёсся слух, что государыня намеревается выдать её замуж за одного из германских князей. Быть может, это бы и случилось, если бы смерть императрицы не произвела переворота в жизни молодой принцессы.
В октябре 1740 года скончалась Анна Ивановна, оставив до совершеннолетия наследника верховную власть в руках Бирона, который через 22 дня был арестован и заключен в Шлиссельбургскую крепость вместе со всем своим семейством. Гедвига Елизавета семь месяцев провела в её казематах, ожидая окончания следствия над отцом. В июне 1741 года следствие было окончено. Герцог был приговорён к смертной казни, которая была заменена ссылкой на жительство в сибирский город Пелым, где для него и его семейства был выстроен небольшой дом.
13 июня 1741 года Бирон с семьёй был увезён под конвоем из Шлиссельбурга и в начале ноября прибыл на место ссылки. Вскоре герцог заболел; Гедвига Елизавета, по очереди с матерью, день и ночь дежурила у постели больного. 28 декабря в доме ссыльных произошёл пожар. Семейство герцога было помещено в доме пелымского воеводы[1].
В начале января 1742 года пришло известие о восшествии на престол императрицы Елизаветы Петровны. 20 января в Пелым прибыл курьер из Сената с указом императрицы, по которому герцогу возвращалась не только свобода, но и его силезское поместье Вартенберг, подаренное ему в 1731 году прусским королём. Собравшись в путь, Бирон с семейством намеревался поехать через Санкт-Петербург в Курляндию, но по настоянию князей А. М. Черкасского и Н. Ю. Трубецкого императрица издала новый указ, повелевавший герцогу ехать в Ярославль и жить там безвыездно. 26 марта Бирон прибыл в место назначения, где ему была предоставлена относительная свобода и некоторые удобства[1].
Несмотря на это ни он, ни его семейство не были довольны своим новым положением. В особенности жаловалась на свою судьбу Гедвига Елизавета. С первых же дней своего приезда Гедвига Елизавета стала придумывать средства избавиться от отцовского гнета и снова попасть в Санкт-Петербург и написала письмо к фавориту Елизаветы Петровны И. И. Шувалову, прося его ходатайствовать за неё перед двором; письмо осталось без ответа. Приведённая в отчаянье этими неудачами, принцесса решилась на крайнее средство; она задумала бежать из родительского дома[1].
Наконец, весной 1749 года, когда императрица со всем двором переехала в Москву и отправилась пешком на богомолье в Троицкую лавру, Гедвига Елизавета ночью 15 апреля пришла к жене ярославского воеводы Пушкина и, рыдая, заявила ей, что давно уже хочет принять православие, но Бирон, не соглашаясь на это, подвергает её всевозможным преследованиям. В заключение она просила Пушкину немедленно отвезти её в Троицкую лавру, чтобы иметь возможность лично умолять государыню о защите и покровительстве. Пушкина в ту же ночь отправилась с принцессою в Лавру. Приехав в монастырь, Пушкина представила принцессу графине М. Е. Шуваловой, первой статс-даме императрицы. Гедвига Елизавета сумела вызвать горячее участие к себе и Шувалова взялась ходатайствовать за неё перед государыней. Дело было представлено в таком виде, что родители беспощадно преследуют молодую принцессу только за то, что она хочет принять православие. Глубоко религиозная Елизавета Петровна сочла своим нравственным долгом оказать покровительство и приказала привезти её к себе. На свидании с императрицей Гедвига Елизавета разрыдалась и не могла вымолвить ни одного слова. Елизавета Петровна растрогалась и обещала в Москве окрестить её лично. Через три недели принцесса приняла православие в церкви Головинского дворца, причём при крещении получила имя Екатерины[1].
«Биронша» заинтересовала двор своей необыкновенной судьбой. На неё стали смотреть, как на несчастную, беспомощную сироту. Екатерина Ивановна сумела воспользоваться этим своим положением. Она завоевала доверие духовника императрицы, сделалась своим человеком у графини Шуваловой, вела себя необыкновенно скромно и умела угодить всем. Ближайшим результатом такой политики явилось её назначение на специально придуманную для неё должность — второй надзирательницы над фрейлинами. Заняв это место, она сумела добиться сильного влияния на своих подчинённых и распоряжалась их судьбой по своему усмотрению. У принцессы был при дворе сильный покровитель, который считал себя в долгу у Биронов и потому считавший своим долгом заботиться о ней. Это был Чоглоков, гофмейстер великого князя Петра Фёдоровича. Он ввёл Екатерину Ивановну в интимный кружок великого князя. Немецкое происхождение её завоевало ей симпатии Петра, а неизменное терпение, с которым она выслушивала проекты великого князя, ещё увеличило его благосклонность к ней. По некоторым сведениям, она была замешана в различных интригах, устраивала и расстраивала браки фрейлин, исполняла поручения иностранных резидентов в Санкт-Петербурге[1].
К этому времени решили выдать принцессу замуж. Отыскали для неё жениха, камергера Петра Салтыкова (сына генерал-полицмейстера), который, по приказанию своей матери, немедленно принялся ухаживать за принцессой и вскоре сделал ей предложение. Принцесса ответила ему решительным отказом. Салтыков, наученный великой княгиней Екатериной Алексеевной, которой и принадлежала инициатива выдать Екатерину Ивановну замуж, явился к императрице и умолял дать соизволение на брак. Елизавета Петровна потребовала принцессу к себе и советовала не пренебрегать такой выгодной партией. Однако императрица заболела и не могли содействовать женитьбе. Тогда императрица сама нашла ей другого жениха, князя Григория Хованского. Однако этот брак тоже не состоялся. Хованский под разными предлогами успел испросить разрешение уехать в армию и таким образом отделался от невесты[1].
Императрица отыскала третьего жениха, на этот раз барона Александра Ивановича Черкасова (1728—1788), человека очень неглупого и получившего прекрасное образование. Барон сразу оценил выгоды брака с горбатой курляндской принцессой, зная, что женитьба, по повелению императрицы, выдвинет его вперёд и даст ему особую благосклонность государыни. Екатерина Ивановна вышла за него замуж и брак их был довольно счастлив. Супруги прожили вместе 35 лет. Со времени замужества Черкасова стала редко появляться при дворе, посвящая своё время почти исключительно воспитанию детей, которых у неё было двое: сын Пётр (1762—1828) и дочь Елизавета (1761—1832), впоследствии вышедшая замуж за полковника Е. И. Пальменбаха. После воцарения Петра добилась возвращения отца из ссылки.
Скончалась Черкасова 31 марта 1797 года в Митаве. Набальзамированный труп её в начале XX века находился в Митавском герцогском дворце.
Семья
[править | править код]- Муж — Черкасов, Александр Иванович
- Дочь — Пальменбах, Елизавета Александровна
- Сын — Черкасов, Пётр Александрович
-
Черкасов, Александр Иванович
-
Пальменбах, Елизавета Александровна
-
Черкасов, Пётр Александрович
Предки
[править | править код]Литература
[править | править код]- С. Шубинский. Дочь Бирона. — СПб., 1864.
- Д. Л. Мордовцев. Русские женщины нового времени. — СПб., 1874. — С. 319—328.
- Савинков Б. Черкасова, Екатерина Ивановна // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.—М., 1896—1918.
Примечания
[править | править код]- ↑ 1 2 3 4 5 6 Савинков Б. Черкасова, Екатерина Ивановна // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.—М., 1896—1918.
- Родившиеся 4 июля
- Родившиеся в 1727 году
- Персоналии по алфавиту
- Родившиеся в Елгаве
- Умершие 11 апреля
- Умершие в 1797 году
- Умершие в Елгаве
- Бироны
- Принцессы Курляндские
- Фрейлины российского императорского двора
- Репрессированные в Российской империи
- Персоналии:Свердловская область
- Сосланные в Ярославль
- Черкасовы
- Баронессы Российской империи